МАНИАКАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЙ ПСИХОЗ (МДП) ИЛИ БИПОЛЯРНОЕ АФФЕКТИВНОЕ РАССТРОЙСТВО (БАР)

Психическое расстройство, для которого характерна смена фаз: мания (или гипомания) и депрессия (или субдепрессия). Как правило, настроение человека (чередование фаз) не зависит от внешних факторов – расстройство имеет эндогенный характер. Однако психотравмирующие ситуации могут спровоцировать одно из аффективных состояний.

В мании эмоции бьют через край. Специалисты отмечают следующую симптоматику: быстрая речь, творческий потенциал, отсутствие потребности во сне, нарушение аппетита, бесконтрольная трата денег, склонность к психотропным веществам и алкоголю.

После взлета следует падение – депрессивная фаза. Последствия мании проявляются в таких состояниях как подавленность, опустошённость или угнетённость. Физически человек ощущает бессилие, постоянную усталость и боль в суставах. Зачастую посещают мысли о суициде и собственной никчёмности.

Эмоциональный пик может быть выражен как позитивными эмоциями (радость, идейность), так и негативными (раздражительность, неуравновешенность, чрезмерная спешка).

При отсутствии медикаментозной терапии и психотерапии состояние пациента может ухудшиться и довести его до летального исхода.

«Аффективным расстройствам, прежде всего биполярному расстройству и депрессии, подвержены миллионы человек во всем мире. Если ориентироваться на мировую статистику, в россии больных биполярным расстройством больше миллиона, а депрессия хотя бы раз в жизни случается у 5–20% людей»

Цитата из книги: «Беспокойный ум»

Автор: Кей Джеймисон

Волнообразное сознание

Биполярным расстройством страдали и страдают многие великие и талантливые люди: Винсент Ван Гог, Мел Гибсон, Курт Кобейн, Эрнест Хэмингуэй, Джек Лондон, Илон Маск. Связь творческого потенциала с безумием подтверждается наглядными примерами – за величайшими произведениями искусств скрываются никому не уловимая боль и душевные терзания.

«Мания – это одновременно движущая и разрушительная сила , это огонь в крови». В отличие от шизофрении и других психических расстройств, БАР позволяет человеку через какое-то время снова «приобретать» потерянный рассудок. В таком случае, пациенту намного сложнее прийти к выводу, что лечение ему необходимо. Когда наступает ремиссия, то ему кажется, что состояние снова подконтрольно и можно справиться со своими эмоциональными ямами самостоятельно. Лечить нужно не «больного», а человека.

Анфиса (имя изменено) страдает биполярным расстройством: девушка прошла длительный путь, чтобы не зависеть от своих переходов. Сегодня Анфиса отказалась от медикаментозной терапии и старается поддерживает своё состояние собственными усилиями. Девушке сейчас 21 год, диагноз был поставлен, когда ей было 19 лет. Анфиса тогда училась на первом курсе в университете Гумрф им. Адмирала Макарова на логиста. Постановке диагноза предшествовали разные ситуации, которые частично сыграли свою роль в развитии расстройства. Утверждать, что причиной заболевания стали факторы из внешнего мира нельзя, но спровоцировать развитие аффективного расстройства они могли.

Героиня поделилась своим опытом болезни, благодаря которому сегодня ей удаётся поддерживать своё эмоциональное состояние, не принимая препаратов.

Триггер. Детство

В детстве я постоянно подвергалась критики со стороны своей матери. Сама она очень стройная, подтянутая, поэтому с особым удовольствием она подтрунивала над моим весом. Я была совсем ребёнком, фигура у меня ещё была не сформирована. Мама часто называла меня «кобылой», «коровой» – и уже в 10 лет я начала по этому поводу «загоняться».

С этого всё и началось. Потом мои родители развелись, и мама переехала в другой город. Я почувствовала себя свободной, у меня началось счастливое детство.

Несмотря на то, что моя психика больше не подвергалась стрессам и неоправданной критики, происходившие события в детстве, оставили свой отпечаток на моей жизни. Когда один мальчик сказал, что у меня большие икры, я перестала есть. Начались разнообразные диеты, регулярные взвешивания и постоянные глядения в зеркало на свою «несовершенную» фигуру. Родители не замечали этого, их позиция была такой: «делай, что хочешь, главное – хорошо учись».

Когда мой вес дошёл до 40 килограмм, тогда-то они заметили: мама начала нервничать, а отец старался не лезть во все эти «тонкости». Мама говорила, что я стала очень худая, и я должна больше есть. Мне же было приятно, что она заметила изменения в моём теле. Я наконец-то стала «идеальной» дочерью, думала я. Радовалась тому, что теперь она меня будет больше любить, ведь я перестала быть «коровой», а значит, стала достойна её любви. Сохранить свой вес значило для меня – сохранить любовь матери. Я не смогла остановиться худеть.

Мой вес достиг 36 килограмм при росте 170 см. Я ложилась спать в трёх кофтах и постоянно мерзла. Ложилась рано, чтобы справиться с чувством голода. В один момент моя мама психанула – её очень беспокоило, что скажут о моём внешнем виде в школе. Она говорила мне: «вот, тебе скажут, что я над тобой издеваюсь, или подумают, что ты из неблагополучной семьи» – её это пугало больше, чем моё болезненное состояние на тот момент. Она побила меня и заставила есть насильно – это положило начало развитию булимии: я распробовала вкус еды, и мне сорвало крышу.

Мама влюбилась в другого мужчину и переехала от нас – с 11 по 14 лет я жила с отцом. К сожалению, развод повлиял на папу, и он начал выпивать. В доме никогда не было еды и каких-либо лекарств, но мне нравилась свобода, которая появилась у меня благодаря отъезду мамы. Общались мы с ней очень редко.

Возраст 10-11 лет называют периодом «конца детства». Этот период очень важен, поскольку он оказывает непосредственное влияние на формирование личности ребёнка. Критика со стороны родителей, отсутствие родительского контроля, родительской любви или ласки, сказываются на развитии ребёнка и на его отношении к миру и к самому себе.

Период от 11 до 14 лет считается вторым этапом взросления. Подросток в этом возрасте мало кому доверяет, подвергает всё критике и страдает эмоциональной неустойчивостью. На этом этапе закладываются базовые принципы, на основе которых ребёнок идентифицирует себя с окружающими. Во многом это определяет то, каким человек будет в будущем.

Я худею.

Потом мама вернулась в семью, мы переехали в Санкт-Петербург. Больше она меня не критиковала, потому что испытывала чувство вины – вряд ли это можно было назвать любовью.

На этот момент мне уже было 16 лет, а остановиться худеть я так и не смогла. Мама думала, что это очередные тараканы в голове, а отец, как всегда, старался не занимать ничью сторону. В этом плане у него была правильная позиция: он никогда не говорил мне, что я толстая, но и в то же время, не был со мной рядом, когда мне было плохо. Мне было страшно выходить на улицу из дома, когда я набирала вес. Казалось, если кто-то увидит меня, подумает, что я дала слабину и поправилась.

Мне необходимо было чувствовать вкус еды, а затем прочищать от неё желудок.

Был случай, когда дома не осталось еды, потому что я всю её уже поглотила и несколько раз ходила прочищать желудок от неё. Помню, как хотела разморозить фарш и что-нибудь приготовить, но он так долго размораживался, что я не вытерпела.

Я начала поглощать мороженный сырой фарш. Это было ужасно.

Сейчас я не могу есть при маме: либо не доедаю, либо ем, когда нахожусь одна – даже с друзьями мне иногда сложно принимать пищу. Я осознаю, что страх поправиться у меня в голове с самого детства – от него нелегко избавиться.

Булимия – это расстройство пищевого поведения, при котором каждый приём пищи превращается в своеобразный ритуал. Патология относится к психическим заболеваниям и характеризуется неконтролируемыми приступами резкого повышения аппетита, перееданием и желанием прочистить желудок после еды. Булимия может развиваться на фоне других психических нарушений или стать результатом неправильного воспитания: чаще всего булимией страдают те, кого в детстве наказывали, лишая еды или поощряли, давая дополнительные порции. Любая манипуляция посредством еды, выстраивает неверное отношение у ребёнка к приёмам пищи.

Развитие. Биполярное расстройство

Во мне воспитали синдром отличницы: ругали за четвёрки, тройки и хвалили за пятёрки – я боялась рассказывать о своей учебе родителям и не могла поделиться с ними посторонними проблемами. Мне до сих пор сложно отказывать людям, и я до сих пор стараюсь учиться хорошо. Избавиться от этого сложно.

Со временем, я поняла, что люблю свою мать тем больше, чем она от меня дальше. Её поведение по отношению ко мне: грубость, придирчивость, требовательность – можно объяснить её тяжелым детством. Она была первым ребёнком, потом у неё родилась младшая сестра, на которую родители переключили всё своё внимание. Как и у меня, у неё были плохие отношения с матерью.

Часто причиной родительской грубости по отношению к своим детям становятся их непроработанные детские обиды на своих родителей. Отсутствие правильной модели «родителя» и модели правильного «воспитания», вызывают реакции имитации у детей, которые усваиваются детьми автоматически, по модели родителя.

Мне никто не ставил диагноз анорексия, но потом, когда я пообщалась со своей подругой и мы обменялись по интернету фотографиями, она увидела, как сильно я похудела и сказала, что мой случай напоминает типичную анорексию. Дистрофия – это «побочка» анорексии, а анорексия всегда в голове. Я взвешивалась 5 раз в день, завела счётчик калорий, постоянно себя замеряла и смотрела на себя обнажённую в зеркало, постоянно находя изъяны.

В 18 лет я обратилась к врачу: мне подтвердили анорексию и поставили диагноз – биполярное расстройство.

На 1 курсе «я оторвалась от мамкиной юбки»: продолжала с ней жить, но теперь она меня отпускала к друзьям и воспринимала, как более-менее взрослого человека. Как-то раз я пошла на день рождения девочки с ночёвкой. Там познакомилась с парнем без какого-либо романтического интереса: мы общались с ним 2,5 месяца – ничего не предвещало беды. Он позвал меня в лес жарить зефир, мы были с ним вдвоём. Мы гуляли по лесу, и тут он говорит мне, что ему нужно срочно вернуться домой, чтобы покормить рыбок.

Мы пошли к нему, я не особо хотела заходить, но он настоял. Дома у него никого не было, я спросила: «Где твои рыбки, собственно?» – он ничего не ответил.

Вместо ответа он отвёл меня на кухню, где на листе А4 была нарисована рыбка. Отрезав кусок яблока, он начал долбить им по рту нарисованной рыбки и кричать: «Жри, жри!». Мне стало очень страшно. Ему всё-таки удалось убедить меня, что это была неудачная шутка, после чего он налил мне вина и попросил выпить. Из вежливости я сделала один глоток, через пару минут меня вырубило. Я проснулась голая у него в кровати, а он нависал надо мной – моё тело меня не слушалось, меня парализовало. Сначала он пытался психологически уговорить меня на близость, но я отказывалась, потом начал применять физическую силу: бил по лицу, по шее, прокусил мне кожу на ребре – чтобы «я запомнила этот день навсегда».

«Зачем ты орёшь, тебя всё равно никто не услышит», – говорил он мне, когда я пыталась звать на помощь. За 2,5 месяца общения со мной он хорошо меня познал: говорил мне много комплиментов, комплименты моему телу, моему лицу – он оказался хорошим психологом. Из-за его увлечения наркотиками, у него возникли трудности с эрекцией, и он начал сильно нервничать. Когда он ушёл курить, я абсолютно голая выхватила какие-то вещи, выбежала из квартиры и быстро начала вызывать лифт. Сзади меня раздавались его грузные шаги, мне очень повезло, что дверь лифта успела закрыться, и я уехала вниз.

Причиной развития психических расстройств могут стать стрессовые факторы, травмирующие ситуации или физическое насилие, даже если патология имеет эндогенный характер. В случае с биполярным расстройством, любое эмоциональное потрясение может послужить толчком к развитию хронического заболевания.

Вниз я уехала и в своём эмоциональном состоянии – после этого случая у меня началась глубокая депрессия: 4 месяца я не понимала, что происходит и откуда мне брать силы. На тот момент мне было 18 лет, развитие биполярного расстройства приходится на возраст от 18 до 25 лет – всё совпало. Сейчас я рассказываю обо всём с улыбкой, с легкой снисходительностью, но в то время это был большой стресс для меня.

После депрессии меня резко бросило в манию: я начала много пить, курить, пыталась выйти из окна, думая, что меня подхватит ветер. Я мнила себя божественным созданием и тратила много денег. Мания длилась недолго, потом меня снова бросило в депрессию – и тут мама обратила внимание на то, что со мной происходит что-то неладное.

Я могла заплакать от любого замечания, не хотела говорить с родителями и выходить из своей комнаты. Сил ни на что не оставалось. Начались небольшие приступы истерики: я начинала плакать, затем истерически смеяться – маму это стало пугать, и она заставила меня обратиться за психиатрической помощью.

Мне прописали таблетки–понадобилось несколько месяцев, чтобы подобрать правильное лечение. Побочные эффекты ярко себя проявляли: я лежала, и на краю своей кровати видела бабушку, которая гладила меня по ноге и говорила, что я должна «выпилиться» (покончить с собой). Меня постоянно трясло и вечно шумело в голове.

Возникали тактильные, слуховые и зрительные галлюцинации.

Лечение. Я хотела срезать цветы

В какой-то момент мне показалось, что у меня под грудью выросли цветы. Моё тело казалось мне отравленным, и если бы я не срезала цветы, то умерла бы. Я достала нож и порезала им себе живот.

Конечно, цветов там не было, но теперь там есть шрамы от порезов.

У меня есть склонность к «селфхарму» (от self-harm «самоповреждение»). В мании я увлекалась алкоголем, сигаретами, была склона к опасному поведению – это тоже своего рода «селфхарм», желание себя наказать. Сейчас я понимаю, что это всё из детства, ведь меня всегда наказывали за любой проступок. Когда наказывать меня стало некому, я начала делать это самостоятельно – моя психика требует наказания. Мания сильно выматывает. «Выжираешь» огромный потенциал, запас своей энергии, а депрессия наступает, потому что сил больше не остаётся – происходит эмоциональный дисбаланс.

Во время мании хочется сделать всегда что-то безумное, грандиозное, например, нарушить закон и любым способом получить адреналин. Я лазила по водосточным трубам, бегала большие дистанции по несколько раз, могла пройти пешком большие расстояния. В университете от меня люди вешались: я садилась с человеком и начинала его «тыркать» или щипать, много тараторить и отвечать на всех парах, даже если не знала правильно ответа.

Перескакивала вечно с мысли на мысль, с идеи на идею.

«Self-harm» («самоповреждение») – это один из способов справится с душевной болью, с переживаниями или негативными воспоминаниями. Наносить себе вред человек может разными способами – это зависит от причин, которые заставляют или заставили его испытывать внутреннюю боль.

В период мании эмоции бьют через край, пациенту необходимо чувствовать себя живым, быть на пике жизни и за гранью реальных ощущений. Возникает склонность к неадекватному и опасному поведению.

Побочные эффекты или симптомы шизофрении

Побочные эффекты от таблеток были выражены слуховыми, зрительными и тактильными галлюцинациями, возникали навязчивые идеи.

Про всё это я не говорила своему психиатру, так как боялась того, что мне поставят диагноз – шизофрения. Помню, что мне нужно было ехать в университет, я себя неважно чувствовала, но всё-таки вышла из дома.

Я вышла на лестничную площадку и увидела там кота, который, как мне показалось, представлял «угрозу» для моего питомца - дома у меня был попугай. Тогда я осознала, что если не съесть ключи от квартиры, то кот каким-то образом пройдет через дверь и съест моего попугая. Я начала есть ключи, помню, тогда раскрошила себе зуб, боль из-за которого помогла мне прийти в себя. В итоге ключи я не съела, а зуб сломала.

Помимо это, у меня периодически возникали голоса в голове: женский голос комментировал все мои действия.


Например, я закрываю дверь на два оборота, а женский голос мог в это время говорить: «опять закрыла на два оборота, боится, наверное». Отчасти, этот голос был похож на тот, когда люди сами с собой говорят или прокручивают в голове какие-то мысли. Только в такие моменты ты знаешь, что это сказал ты – это твои мысли.


А это были не мои мысли, это было что-то чужое.


Везде мерещились пауки и тараканы: я могла посреди пары ударить по парте, и тем самым вызвать всеобщее удивление. Позже я научилась «бороться» со зрительными галлюцинациями. Я брала телефон и наводила камеру на «галлюцинацию» – не знаю, как это работает, но, если ты наводишь камеру на галлюцинацию, там её нет.

Побочные эффекты от психотропных препаратов могут быть выражены в галлюцинации разного типа. Антидепрессанты, транквилизаторы и нейролептики, которые выписываю людям с психическими расстройствами, влияют на ЦНС. Если пациенту не подходит препарат или ему неправильно подобрали дозировку, возникнут побочные эффекты: галлюцинации или физическое недомогание. В психиатрии подбирать лекарства пациентам могут на протяжении 2-3 месяцев, чтобы медикаментозная терапия имела только положительный эффект.

У меня был выбор: ложиться в диспансер, чтобы за мной наблюдали и подбирали таблетки там, либо самостоятельно отслеживать своё состояние дома. Мне нужно было ходить в университет, поэтому я выбрала второй вариант.

Биполярное расстройство имеет наследственный фактор: у моего дяди, по папиной линии, были симптомы, характерные для биполярного расстройства. Он не обращался к врачу – тогда это было равноценно тому, чтобы признать себя невменяемым и самоизолироваться от общества. Некоторое время он употреблял наркотики, а потом повесился в 25 лет. Стрессовые и травмирующие ситуации стали «толчком» к проявлению биполярного расстройства, также сыграла свою роль генетическая расположенность.

Принятие

К 3 курсу мне подобрали лечение. Я пыталась бросать пить таблетки, но состояние ухудшалось. Если у пациента возникает мысль отказаться от медикаментозной терапии, то этот процесс должен контролировать лечащий врач, снижая понемногу дозировку лекарства. Когда я принимала препараты, симптомы биполярного расстройства удалось немного сгладить – скачки не так резко были выражены. От нейролептиков я сильно поправилась и приняла решение отказаться от медикаментозного лечения – возник «синдром отмены», но я научилась с этим справляться.

Мании у меня уже давно не было, сейчас у меня более-менее ровное состояние. Я знаю свои циклы настроений и к ним стараюсь подготовиться. Обострения случаются обычно осенью и весной. Из таблеток принимаю только снотворное. Стараюсь меньше выходить из дома и больше спать, когда наступает маниакальная фаза.

Я предупреждаю людей о своей особенности, когда иду с ними на близкий контакт – они должны сами для себя решить, готовы ли они к такому или нет. Такие, как я, не могут быть «любимыми» и долго находиться в отношениях. Опять же, это из своего личного опыта.

«Синдром отмены» – это побочный эффект, который наступает при резкой отмене препаратов, имеющих накопительный эффект или эмоционально-сдерживающий (антидепрессанты и нейролептики). Биохимия мозга под их воздействием изменяется, через определенный период времени отмена психотропных препаратов станет почти невозможна (есть исключения: замена на другие препараты, постепенное снижение дозировки).

Общественный взгляд

Мы с мамой стояли как-то в очереди, рядом с нами стояли две девушки, одна другой говорит: «знаешь, биполярное расстройство – это сейчас так модно». Я тогда очень разозлилась. Каждый человек, у которого есть ментальное заболевание, хочет от него избавиться, вылечить его – это не модно, это страшно.


По данным «Всемирной организации здравоохранения», каждый четвертый-пятый человек имеет психическое нарушение. Сейчас очень много сериалов про героев с ментальными заболеваниями, я думаю, у создателей была цель – показать, что такие люди существуют и нормально функционируют в обществе. Но общество восприняло это по-другому – теперь стало модно иметь какое-то расстройство и ставить себе самостоятельно диагнозы.

Когда я общаюсь с человеком, у которого есть расстройство, прежде всего, смотрю на его личность. Если смотреть на человека, как на болезнь или расстройство, это только усугубит его состояние. Сегодня я веду свой блог и пишу о том, как я справляюсь с биполярным расстройством. Меня радует, когда люди осмеливаются написать мне и рассказать о своём случае. Я не квалифицированный врач, но человеку всегда необходима, в первую очередь, поддержка и понимание.

«Любая социализация, любых людей, не важно, есть у них заболевание или нет, прежде всего, требует заботы о себе».

Соня, 21 год

Диагноз: биполярное расстройство

Ремиссия: отсутствует