ПАРАНОИДАЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ

Психическое расстройство с характерным искажением действительности, при этом состоянии преобладают навязчивые идеи, бред и галлюцинации. Параноидная форма расстройства распространена среди психических расстройств и выявляется у 70% больных шизофренией – признаки проявляются на фоне имеющегося психического нарушения. Учёные до конца не изучили природу заболевания. Причинами возникновения паранойи могут быть как нарушение ЦНС, так и психические травмы, неврозы и стресс.

Две формы проявления:

Парафреническая шизофрения, когда пациенты уверены в собственной исключительности и своём неповторимом таланте, состояние сопровождается яркими и постоянными галлюцинациями;

Параноидная шизофрения, когда пациент беспочвенно подозревает окружающих, присутствует страх преследования и навязчивая мысль, что кто-то хочет причинить тебе зло.

«Что ты за человек? И в каком контексте ты – это ты? Ибо люди редко бывают сами по себе. Человек проявляется как человек в той или иной системе, но под влиянием системы человек может меняться. Для того, чтобы понять человека, мы должны видеть как единичное явление, так и общее целое. Наверное, даже так мы никогда всего не поймем, но, возможно, поймем все-таки больше, чем поняли бы, исходя из диагноза»

Цитата из книги: «Завтра я всегда была львом»

Автор: Арнхильд Лаувенг

Исповедь любящего до смерти сына

В повседневной жизни мы можем даже не знать, что рядом с нами находится человек с нарушениями, внутренняя борьба не видна снаружи, а внешне мы способны лишь зафиксировать последствия этой «битвы». Диагноз параноидальная шизофрения Алексею (имя изменено) был поставлен в 2007 году, когда ему было 19 лет. Тяжелые обстоятельства наложили отпечаток на судьбу героя. Сегодня Алексей не может сказать о полном выздоровлении, но готов говорить о контроле над своим состоянием. В психиатрии – это победа. В общей сложности, Алексей лечился 12 лет. Это большой срок для усиленной борьбы в учреждении, где необходимо каждый день доказывать своё право на полноценную жизнь.

Триггер

Мне 32 года, у меня хроническое психическое расстройство: параноидная шизофрения. Обострение случилось в 2007 году и, к сожалению, привело к трагическим последствиям. Нельзя сказать, что у меня очень тяжелая судьба – во всём, что случилось, виноват я сам. Жил я с мамой и бабушкой в Питере, а отец жил в Москве – там у него была хорошая работа. С мамой они давно уже не любили друг друга: постоянно ругались между собой. Каждый раз, когда отец приезжал домой на выходные, у нас в семье были крики, ссоры, вопли, скандалы – меня эта ситуация очень угнетала. Я пытался им помочь, но они говорили, что сами разберутся и всё равно продолжали ругаться. С 14 лет я был вынужден наблюдать семейные ссоры и, хотя напрямую меня это никак не затрагивало, очень тяжело их переносил. Я очень любил своих родителей и не хотел, чтобы они портили друг другу жизнь. Мне объяснили врачи, что длительная психотравмирующая ситуация могла послужить спусковым крючком (триггером) для развития психического расстройства.

Беспокойное ощущение отражается на всей деятельности человека, внешне это можно спутать с апатией или плохим настроением. Переходный возраст охватывает периоды от 10-11 лет до 13-14 лет – в эти моменты необходимо уделять особое внимание ребёнку и его эмоциональному состоянию. Подростковый кризис, в котором ребёнок остро реагирует на действия и слова окружающих, характеризуется формированием личности и различными изменениями: физиологического, социального и психического планов. Эти периоды накладывают отпечаток на дальнейшую жизнь человека и его личностную идентификацию.

Развитие болезни. Как я встретил мифического киллера

Психическое расстройство начало развиваться в 2007 году, весной. Моя успеваемость снизилась, я учился в СПБГУ по специальности «Экономика и управление на предприятии», учился хорошо. На последних курсах со мной стало происходить нечто странное: казалось, что другие люди обо мне говорят и замышляют против меня что-то нехорошее. Развивался бред преследования, но тогда я, конечно, об этом не знал. Думал, что это обычное переутомление и все само пройдет. Например, я еду в автобусе, сидят на дальнем сиденье два человека, и мне кажется, что они говорят обо мне. Когда я ещё что-то понимал, то мог себя убедить, что люди вокруг не могут так себя вести. Однако из-за своей низкой психологической грамотности, я так не рассуждал.

Последствия этой ошибки я буду расхлебывать всю жизнь, они будут всегда со мной. Я не мог в университете защитить свои работы три раза, что для меня вообще немыслимо. Стал замкнутый. Дома замечать мои перемены было некому – родители были заняты исключительно ссорами между собой. Когда болезнь прогрессировала, я постепенно начал терять ощущение реальности – начал верить в то, что незнакомые люди обо мне говорят и что-то против меня замышляют. И потом, как говорят психиатры, критика к своему состоянию пропала – я перестал осознавать, что со мной что-то не так. К сожалению, я ни с кем не делился своими мыслями, своими страхами – это тоже сыграло свою роль. Единственный вариант был в ситуации, пока я еще что-то понимал – обратиться к психиатру.

Я пришел к болезненным умозаключениям, что мои родители хотят меня убить – на тот момент заболевание уже сильно влияло. Я решил, что мама и папа хотят нанять мифического киллера, чтобы тот меня убил. Я потратил все свои сбережения (больше 300 тысяч рублей) на покупку нелегального боевого пистолета для защиты от убийцы.

В ИТОГЕ, Я СОВЕРШИЛ УЖАСНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ — Я УБИЛ СВОИХ СОБСТВЕННЫХ РОДИТЕЛЕЙ.

Последствия.

Как во сне

Я их очень любил и, конечно, не хотел убивать. Даже тогда, когда мне казалось, что они хотят принести мне вред. К сожалению, течение заболевания пошло таким образом. Не могу описать, что я тогда чувствовал, не помню. Прошло много времени, к тому же человеческой памяти свойственно вытеснять сильные и травмирующие воспоминания. Поскольку эта ситуации для меня очень болезненна, я ничего не могу вспомнить. Помню всё, как сон: отец идет в лесу по дорожке впереди меня, я достаю пистолет и стреляю в него. Вспомнить, как убивал маму, я вообще не могу.

«Я будто бы смотрел на всё происходящее со стороны и не в силах был решать, что мне делать». Навязчивые мысли, если не работать над своим психическим состоянием, перерастают в паранойю. Паранойя – это сильный страх и беспокойство, зацикленность на чем-то и не способность объективно расценивать происходящее вокруг. Как правило, люди, страдающие паранойей, подвержены негативным эмоциям. Им свойственна подозрительность, злопамятность, мнительность. Непроработанные обиды, накопленный негатив или длительно воздействующий стресс ломают человека и негативно сказываются на его психическом состоянии.

После того, как я их убил, придя в себя, плакал в машине и не понимал, зачем я это сделал. Не понимал, как буду жить дальше. Мне было очень страшно.

Даже в том болезненном состоянии, когда я думал, что они наняли киллера, чтобы меня убить, я их не собирался убивать. Я бы хотел вернуть время назад.

Сначала я хотел скрыть преступление, меня уже посадили в комнату предварительного задержания – там я написал явку с повинной сам. Мне, в принципе, объяснили возможные варианты развития. Если бы не было найдено оружия, с которого я убил родителей, мою вину доказать было бы невозможно (пистолет я закопал в лесу за чертой города). Без меня бы оружие не смогли найти, и им бы пришлось отпустить меня на свободу. Но тогда бы пришлось всю жизнь врать – допросы велись бы ещё очень долго время. Меня закрыли в камеру. Ко мне пришел адвокат, и я написал явку с повинной, а потом показал, где закопано оружие.

Я пошёл против себя, точнее против своей болезни и начал сотрудничать со следствием. На тот момент, я ещё не знал о своем психическом нарушении, но понимал четко, что врать всю жизнь я не в состоянии. На этот момент, я ещё не знал о своем психическом нарушении, но понимал четко, что врать всю жизнь я не в состоянии. Больше всех меня поддерживала моя любимая бабушка: она сразу сказала, что всегда будет на моей стороне. Её вера мне помогала на протяжении всего лечения. Человеку с психическими нарушениями или человеку без нарушений, необходима поддержка в трудных ситуациях.

12 ЛЕТ НЕ НА СВОБОДЕ

Принятие. 12 кругов

Когда я попал в психиатрическую больницу, со мной беседовали психиатр, психотерапевт, психолог – разные врачи объяснили, что я болен и что у меня параноидальная шизофрения. Объяснили, что мне необходимо будет принимать таблетки, возможно, всю свою жизнь – это решает врач, в любом случае. Я доверял врачам, потому что себе, на тот момент, доверять мне было очень сложно. Побывал во многих психиатрических больницах. Нельзя дать однозначную оценку всем учреждениям и лечащим врачам, везде по-разному – есть и плюсы, и минусы. Приходилось сталкиваться с определенными нюансами, несмотря на это доверять врачам нужно – в спутанном сознании человеку необходима госпитализация и врачебная помощь. Был с чем-то не согласен и я – в одной из больниц из-за этого меня отправили на специализированное лечение с интенсивным наблюдением из-за «нарушения режима». Но я не держу зла на врачей – они мне помогли прийти в себя.

Необходимо помнить, что мы все живые люди. Кому-то могло не понравится мое преступление и из-за этого было предвзятое отношение. Их понять можно.

Люди разные – нельзя говорить, что вся система работает плохо. Нет смысла идти на конфликт. Это не очень конструктивная позиция. Главная задача врачей - подобрать эффективное лечение, чтобы в дальнейшем, если у вас психическое расстройство, вы смогли жить вне учреждения и нормально функционировать в обществе. Не нужно мешать врачам заниматься своим делом.

Моей целью был выход из болезненного состояния, нужно было научиться с этим справляться, а не добиться каких-либо привилегий в условиях пребывания в психиатрической больнице. Я всегда старался помогать врачам, медсёстрам и другим пациентам, активно участвовал в различных групповых занятиях, в трудотерапии на отделении, в соревнованиях по шашкам, занимал активную жизненную позицию. Мне это помогало справляться как с болезненным состоянием, так и с мыслью о неопределенных сроках моего пребывания в стенах учреждения.

Причащение

Меня выписали в 2019 году, 2 сентября.

Больше всего я переживал за то, что моя любимая бабушка меня не дождётся. К счастью, она меня дождалась, сейчас мы живем вместе с ней. Она стала совсем старенькой, но именно её внутренняя сила мне помогла. Мы достойно вместе с ней прошли нелёгкий путь, без неё я бы не справился.

У нас нет никого ближе, чем наши родители – мне очень не хватает мамы и папы.

Я осознаю, что всю оставшуюся жизнь мне придётся жить с мыслью о преступлении, которое я совершил. И я хочу прожить эту жизнь достойно. По возможности принести пользу людям, своей бабушке, своим друзьям – вообще всем людям, которые меня окружают. И мне очень хочется всех предостеречь. Если у вас что-то не так с психическим состоянием, то не нужно бояться просить о помощи – это не слабость, а, наоборот, ваша сила. Сила заключается в желании жить полноценно. Важно вовремя обратиться за психиатрической помощью, пока ты ещё понимаешь, что с тобой что-то не так. Я вынужден пить таблетки всю свою жизнь и тщательно следить за своим психическим состоянием: если я начинаю подозревать людей в чём-то без повода или происходят серьезные нарушения сна – для меня это является сигналом об обострении состояния.

Я считаю, всем людям необходимо заботиться о своём ментальном здоровье, чтобы не потерять свободу над собой и своим телом.

«Многие люди считают, если у тебя хроническое психическое расстройство, то ты не можешь нормально работать, нормально учиться, нормально жить в обществе, что ты опасен для себя и окружающих. Это не всегда так, это может быть первое впечатление или стереотипное суждение, но, если человек с психическим расстройством будет вести себя адекватно и разумно – люди это увидят и будут смотреть на него, как на живого человека, на личность, а не как на диагноз, болезнь. Всё зависит только от самого человека».

Алексей, 33 года

Диагноз: параноидальная шизофрения

Ремиссия: 6 лет